Угар газетных эпидемий: Корь на листах, на чашах лобных.

Опять проклятый академик Ругает и клевещет злобно.

Сидел бы уж в библиотеке, Или оклад, считает, - слабый?

Да я за этакие деньги Быстрее всех голосовал бы.

Опять черны глаза листами И заголовки дышат жарко, Опять мухлюют в Пакистане И угрожают нам эмбарго, И ОСВ отодвигают Под шум продажного эфира, Общественность - пренебрегая И вопреки народов мира...

Идут дожди. Мутнеет небо.

Стареет кровь и стынут пальцы.

Боюсь, пойдешь с утра за хлебом, А во дворе - одни китайцы.

Умирает лето. Собирают строки Жизни и раздора в медленных стихах.

Умирает лето. Отошли все сроки.

Погибает солнце в черных лопухах.

Погибает солнце. Темен круг сознанья.

Опустело сердце. И душа - слепа.

Умирает лето. В тихом мироздания Выцветает к ночи неба скорлупа.

Остывает город, как больной в постели Кто предложит богу черный хлеб и кров?

Жизнь уходит, словно кровью из артерий Брошенных в пустыне старых городов.

Погибает солнце. Бродит воздух пьяный.

Истирает время старости ладонь.

Умирает лето - мукой фортепьяно.

Исчезает века - парус золотой.

ТОРГОВЫЙ РЯД

(поэма)

Я в этот город сонный врос, Его кошмары - мной хранимы, Здесь лапу мягкую на мозг Накладывает шизофрения, Пустыня камня и воды, Забытых жизней средостенье.

Слепому нужен поводырь, Чтоб голову не бить о стены.

Я в этом крошеве ночей Наматываю километры, Как колокол на каланче, Друзей не зная, кроме ветра, И медным шаром первый час Выкатывается на дорогу: Расстаться надо? Хоть сейчас!

Проститься надо? Ради бога!

Жить в этом каменном бреду?

В Рядах Торговых стлать рогожи?

Я лучше - сгину, пропаду, Чтоб - никогда, ни капли больше!

Глотая дым, глотая гарь, Клубами пыльного отрепья, Излистанные, как словарь, Поспешно давятся деревья.